Взыскание судебных расходов

В последнее время к нам все чаще поступают вопросы о возможности взыскания судебных расходов с проигравшей стороны. Не смотря на достаточную (по российским меркам) проработанность данного вопроса в законодательстве, взыскание судебных расходов часто вызывают недоумение граждан.

Для начала напомню, что согласно статьи 94 ГПК РФ к судебным издержкам относятся:
1) суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам
2) расходы на оплату услуг переводчика, понесенные иностранными гражданами и лицами без гражданства, если иное не предусмотрено международным договором Российской Федерации;
3) расходы на проезд и проживание сторон и третьих лиц, понесенные ими в связи с явкой в суд;
4) расходы на оплату услуг представителей;
5) расходы на производство осмотра на месте;
6) компенсация за фактическую потерю времени в соответствии со статьей 99 настоящего Кодекса;
7) связанные с рассмотрением дела почтовые расходы, понесенные сторонами;
8) другие признанные судом необходимыми расходы.
Издержки, указанные под номерами 1-3, 5 и даже 8 довольно редки в практике, и по ним к нам вопросов не поступало, поэтому останавливаться на них не будем.

Почтовые расходы сторон в судебных процессах не так редки, но суды довольно охотно возмещают эти расходы при надлежащем их подтверждении.

Взыскание компенсации за фактическую потерю времени не снискало особой популярности ни среди граждан, самостоятельно защищающих себя в суде, ни среди профессиональных юристов и адвокатов. По моему мнению, это совершенно не справедливо!
Не смотря на продолжающуюся в судах борьбу с волокитой, а также усилия многих судей по наибыстрейшему разрешению дел, случаи умышленного и вполне эффективного затягивания рассмотрения дела одной из сторон встречаются слишком часто. К тому же нередки случаи подачи заведомо необоснованных исков, цели которых настолько разнообразны, что перечислить их просто невозможно. А вот на это суды повлиять не в силах, как бы быстро и справедливо они не разрешали гражданские дела.
Развитие судебной практики по взысканию компенсации за фактическую потерю времени, может сослужить неплохую службу в борьбе с подачей заведомо необоснованных исков и умышленным затягиванием рассмотрения дела.
Справедливости ради нужно отметить, что столь скудная практика по взысканию таких компенсаций вызвана во многом чрезмерной неконкретностью в формулировке оснований для ее взыскания и способа определения ее размера.
Так, статья 99 ГПК РФ гласит: «Со стороны, недобросовестно заявившей неосновательный иск или спор относительно иска либо систематически противодействовавшей правильному и своевременному рассмотрению и разрешению дела, суд может взыскать в пользу другой стороны компенсацию за фактическую потерю времени. Размер компенсации определяется судом в разумных пределах и с учетом конкретных обстоятельств».
Первая проблема – это сложность определения и доказывания того, что данный конкретный иск заявлен истцом ЗАВЕДОМО неосновательно, либо данные конкретные возражения относительно иска заявлены ответчиком ЗАВЕДОМО неосновательно. Что тут сказать? У нас нет другого выхода, кроме как работать с тем законом, какой есть. Наличие сложностей само по себе не должно стать препятствием в реализации гражданами права на компенсацию, довольно значимую с точки зрения восстановления справедливости. Поэтому я призываю всех граждан, столкнувшихся с недобросовестным поведением противоположной стороны, а также наших коллег-юристов в любом таком случае заявлять требования по взысканию этой компенсации, не забывая конечно подготовить, логичное обоснование и надлежащие доказательства недобросовестности другой стороны. К сожалению, невозможно перечислить доказательства, которые можно представить суду – это слишком индивидуально для каждого дела. Главное понимайте, что доказать нужно именно заведомую для истца необоснованность его иска (или возражения), т.е. когда знал, что его иск является незаконным и необоснованным еще до подачи, однако заявил его с какой-то нехорошей целью. В случае с затягиванием доказать придется заведомую необоснованность ходатайств об отложении заседания, неявок, или различных ходатайств, приводящих к затягиванию процесса, что тоже не есть легко.
Вторая проблема – не легче! Речь идет об определении размера компенсации. Фраза «в разумных пределах и с учетом конкретных обстоятельств» звучит и мощно, и модно одновременно. Не укажи её законодатель, и суд мог бы ненароком забыть учесть конкретные обстоятельства, после чего взять да присудить компенсацию в неразумных пределах.
Норм-пустышек, не носящих никакого функционального смысла, а лишь дублирующих смысл норм Конституции РФ, у нас довольно много, однако не буду сейчас развивать эту тему. Скажу лишь, что также вижу единственный выход – самостоятельно вырабатывать и давать суду максимум «конкретных обстоятельств» и критериев «разумности пределов», после чего биться за них. Другого способа заставить дохлую статью работать, кроме как начать ее применять, я не вижу.
moneyback_1 Не менее интересно обстоят дела с взысканием расходов на услуги представителя.
Согласно п.1 ст.100 ГПК РФ Стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.
Вот в этих «разумных пределах» собака то и зарыта. Как ни странно, но по взысканию расходов на услуги представителя до сих пор не выработано однозначной судебной практики, что явно указывает на необходимость его разрешения хотя бы Пленумом Верховного Суда РФ.
Вынужден констатировать, что по вопросу определения этих разумных пределов мое мнение полностью расходится со сложившейся в Челябинской области судебной практикой, но об этом ниже.

Изложу проблему.

Согласно ст.421 ГК РФ:
1. Граждане и юридические лица свободны в заключении договора…
4. Условия договора определяются по усмотрению сторон…
Также, согласно п.1 ст.424 ГК РФ Исполнение договора оплачивается по цене, установленной соглашением сторон.
Гражданин заключил с неким юристом или адвокатом соглашение об оказании юридических услуг, связанных с защитой интересов этого гражданина в суде. Исходя из вышеизложенных норм, они явно имели полное право заключить это соглашение по той цене, которую оба считают разумной и обоснованной. Адвокат считает, что его услуги по участию в конкретном судебном деле стоят именно столько, и имеет на это полное право. Для гражданина же эти услуги представляют достаточную ценность, чтобы считать установленную адвокатом цену не выходящей за рамки «разумных пределов».
Кроме того, в Конституции РФ помимо прочего государство гарантировало каждому защиту его прав и свобод, в том числе – через суд, а также право на получение квалифицированной юридической помощи, каковую адвокат и оказывает.
Казалось бы, почему тогда законодатель закрепил в ст.100 ГПК РФ право суда взыскивать не всю сумму реально понесенных стороной и подтвержденных документально расходов на услуги представителя?
На самом деле, наличие у суда такого права вполне логично с учетом наличия в той же Конституции РФ одного из основополагающих принципов правового государства: «Осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц» (п.3 ст.17 Конституции РФ).
Грубо говоря, то, что Вы, реализуя свое право на квалифицированную юридическую помощь для решения своего спора на сто тысяч миллионов до неба решили привлечь адвоката, который за свои услуги запросил, в общем-то, не меньше – Ваше личное дело, НО это не должно нарушать прав другой стороны, которая эти расходы теперь обязана возместить. Чтобы проигравшая сторона оплатила другой стороне лишь расходы на квалифицированную юридическую помощь, а не на капризные капризы капризного адвоката, полагаю, и было закреплено право суда взыскивать расходы не в полном объеме. Тем более, всегда существует вероятность, что суду представлено документальное подтверждение реально не существующих или завышенных расходов.
Однако, любимая формулировка наших законодателей «в разумных пределах» как всегда использована не совсем разумно. Именно ее расширительное толкование позволяет [пока, к сожалению] подавляющему большинству судей считать свое право на ограничение этой суммы абсолютно неограниченным.
А между тем, Конституционный Суд еще в 2004 году высказал свое мнение по толкованию данной нормы, рассматривая жалобы на неконституционность ст.100 ГПК РФ и аналогичной по содержанию ст.110 АПК РФ (Определения Конституционного Суда РФ №355-О от 20.10.2005г. и №454-О от 21.12.2004г.)
Процитирую Конституционный Суд РФ: «Обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым — на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации. Именно поэтому в части 2 статьи 110 АПК Российской Федерации речь идет, по существу, об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле.
Вместе с тем, вынося мотивированное решение об изменении размера сумм, взыскиваемых в возмещение соответствующих расходов, суд не вправе уменьшать его произвольно, тем более если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов.»
Таким образом, Конституционный Суд указал на два обязательных условия для уменьшения взыскиваемых расходов на услуги представителя:
1) другая сторона заявила о чрезмерности взыскиваемых с нее расходов и просила суд уменьшить данную сумму;
2) другая сторона представила доказательства того, что понесенные выигравшей стороной расходы на услуги представителя являются чрезмерными.
С учетом принципа состязательности и равноправия сторон, закрепленного в ст.12 ГПК РФ, данные доводы Конституционного Суда РФ кажутся абсолютно логичными. Ровно такого же толкования ст.100 ГПК РФ и 110 АПК РФ придерживаемся и мы в нашей практике.
Если уж сам должник не считает взыскиваемые с него расходы чрезмерными, то суд то с чего это должен решить? А самое главное – на основе каких доказательств, имеющихся в материалах конкретного дела?
Однако, на практике, суды часто игнорируют толкование статьи 100 ГПК РФ, данное Конституционным Судом, и взыскивают расходы по какому-то одним им известному прейскуранту. Причем прейскурант этот у каждого судьи свой, сформированный его «внутренним убеждением», но никак не уровнем цен на рынке юридических услуг.
Такое отношение судей к взысканию расходов на услуги представителя создает для людей много проблем чисто психологического характера. Многие просто отказываются от подачи исков с небольшой ценой по причине чрезмерной для них сложности судебного процесса и отсутствия юридических услуг по соизмеримой цене. А ведь таковыми чаще всего являются самые что ни на есть «народные» иски, как то по трудовым спорам, по защите прав потребителей.
При всем моем уважении к судьям Челябинского областного суда, мы не считаем правильной их позицию.
Напротив, имею огромное желание добиться того, чтобы наши судьи пересмотрели свою позицию и приняли за основу мнение Конституционного Суда РФ.
Бывают, конечно, ситуации, в которых судьи уменьшают размер взыскиваемых расходов из истинных соображений справедливости. Однако, таких ситуаций намного меньше, чем не таких.

В заключении хотелось бы призвать всех не забывать, не стесняться, а главное – не лениться взыскивать ВСЕ реально понесенные расходы.
Я глубоко убежден, что выработка у всех сторон судебного процесса привычки возмещать судебные издержки в долгосрочной перспективе сыграет огромную роль в укреплении законности. Для проигравшей стороны наличие такой дополнительной финансовой нагрузки является своеобразной мерой наказания за отказ от урегулирования спора мирным путем. А для правой стороны понимание того, что судебные расходы подлежат возмещению, может стать хорошим стимулом для обращения за квалифицированной юридической помощью.